Эмоции прошедшей недели
Уполномоченный по правам ребенка при президенте истово пытается доказать свою полезность, конфискуя у детишек картишки, предводитель всероссийского профсоюза промышленников затянул старую песню про семизвездочные гостиницы, в области трещат морозы — а областные власти «трещат» на городских коллег
Уполномоченный недели
На прошедшей неделе Калининградскую область посетили разные официальные (и не очень) лица. Вот, к примеру, лицо более-менее официальное — уполномоченный по правам ребенка при президенте РФ, адвокат, телеведущий Павел Астахов. Он, как предполагает его должность, наблюдал за тем, как соблюдаются у нас права детей — и пришел к выводу, что по ряду вопросов есть серьезные проблемы. Чем, конечно, люто обидел губернатора Николая Цуканова — но тот, помня важность политического момента, обиду свою выказывать не стал (может, только в кулак выругался как-нибудь).
По мнению господина Астахова, из рук вон плохо решается проблема обеспечения юных жителей региона местами в детских садах. Ну, положим, это мы и без адвокатов-телеведущих знаем: мест не хватает, очередь колеблется в районе 15 тыс. человек. Губернатор наш, человек милый и щедрый, в отличие от своих коллег в других регионах вовсе не хочет даже выделять пособия тем матерям, которые не смогли устроить детей в садики и вынуждены сидеть с ними дома.
Впрочем, запала господина Астахова в этом отношении хватило лишь на то, чтобы проблему констатировать, сравнить ситуацию с Москвой и помахать руками. Лоббировать, к примеру, перед президентом идею выделения федеральных средств на строительство новых и ремонт старых садиков (как обещали некоторые кандидаты в депутаты Госдумы) уполномоченный по правам ребенка не спешит. И то верно: ведь президент у нас, как ни крути, в марте будет новый, и далеко не факт, что в своем кресле усидит этот детский уполномоченный, который не только языком трясет, но еще и какие-то там деньги требует.
Не меньший, а даже и больший гнев господина Астахова вызвали обнаруженные в одном из интернатов Калининградской области игральные карты. Он потребовал отставок руководителей, заявив, что в других регионах, где эти карты обнаруживались, директора учебных заведений, мол, вылетали со свистом. Впрочем, многие считают карточные игры, особенно те, которые не на деньги, достаточно интеллектуальным занятием, — но, вероятно, уполномоченный о таких названиях, как бридж или преферанс, не слыхал.
Вообще, конечно, гладенький, напомаженный, в костюме с иголочки, с айфоном в чехле, украшенном российским гербом, поминутно строчащий что-то в твиттер уполномоченный по правам ребенка — это все же символ уходящего президента. Какие бы ужимки и прыжки ни демонстрировал Павел Астахов, судьба его, вероятно, предрешена. Жаль, что собственно детям пользы от его деятельности и визитов — чуть.
Прожектеры недели
Менее официальным оказался другой визит — главы российского Союза промышленников и предпринимателей Александра Шохина. Осмысленности, впрочем, в нем было немногим больше. Господин Шохин исправно поработал Капитаном Очевидность, заявив, что, оказывается, Калининград не является центром притяжения для туристов. Да что же вы говорите?!? Неужели? А мы-то, сиволапые, думали, что является, что они, как железные опилки к магниту, притягиваются, как тараканы на забытую еду, ползут к нам, шевеля лапками. И оставляют по пути доллары и евро.
Руководитель РСПП, вероятно, давно не обращал внимания на происходящее в Калининградской области, потому как с живостью невероятной описывал журналистам свое видение развития у нас туризма — естественно, за счет игорной зоны. От которой как было, так и остается исключительно одно название.
Господину Шохину кажется, что нам до усмерти нужно не что иное, как сверхидея развития нашего игорного дела. Причем, как он заявил в ходе брифинга, находиться казино должны, «как в любой столице Европы — в центре города». Ну, конечно, что там решения правительства о локализации игорных заведений, что там практика, которая показала, что эта затея вообще нежизнесопособна ни в одном регионе России (при этом то тут, то там полицейские нехотя накрывают подпольные казино).
Впрочем, другое заявление господина Шохина — насчет того, что для привлечения потока туристов нам нужны «семизвездочные гостиницы», — многое объясняет. Гостиницы такой же звездности видел построенными на побережье предыдущий губернатор Георгий Боос. Его преемник Николай Цуканов снизил уровень желаемых апартаментов до шести звезд. То, что официально их может быть пять, и не более — никого из них не волнует.
Возможно, конечно, туристы и в самом деле потянутся — пусть не косяком, но хотя бы ручейком, чтобы взглянуть на этих вот дурачков-русских, которые лепят на свои гостиницы столько звезд, сколько взбредет в голову. Видимо, путая отели с коньяком.
Треск недели
Суровые морозы, которые случились в Калининградской области в начале февраля, конечно, в очередной раз показали неготовность к подобным погодным явлениям всех и вся. Отключаются (правда, слава богу, не массово) отопление и горячая вода, местами даже мерзнут трубы, топливо в снегоуборочных машинах оказывается не рассчитанным на двадцатиградусный мороз (а нам обещают уже минус 28). В школах — относительная неразбериха: то ли занятия отменяют, то ли не отменяют.
Естественно, смелый спаситель несчастных и обездоленных от ига страшного демона-Ярошука Николай Цуканов повелевает своим подчиненным контролировать ситуацию, и они ее вовсю контролируют. Вообще, конечно, в последнее время сложилась забавная ситуация: по множеству вопросов правительство начинает изображать активность лишь только после определенных действий городской администрации.
Но если увидеть, как реагирует на экстремальные холода областной центр, интересующимся этой темой (и не замерзшим вусмерть) достаточно просто, то узнать доподлинно, что творится в менее цивилизованных уголках области, как-то сложнее. При этом потока гневных правительственных эпистол в адрес руководителей каких-нибудь деревень-поселков в последнее время почему-то не наблюдается. Несомненно, в Калининграде проживает половина, а трудится — и еще немалая часть населения области. Однако ситуация, при которой суровый треск раздается только в одну сторону, как-то настораживает.