Дом, где разбиваются сердца

Во дворе кипит работа: какие-то личности в срочном порядке устанавливают последний элемент детской площадки, причем вроде бы не бетонируя вкопанные столбы гимнастической лесенки (интересно, как долго она простоит в вертикальном положении?).

Тем временем вокруг собирается хмурое население. Под их взглядами работники еще больше спешат: им неуютно. Но особенно неуютно человеку, ими дирижирующему, — это главный инженер проекта ООО «СтройИнвест-2010» Александр Теплов.

Он мрачен, но вежлив, и ничего хорошего от собрания не ждет. Он прав на все сто, хотя все понимают, что человек он нанятый и послан хозяином для встречи с народом в качестве козла отпущения. Но вот работники притоптывают песочек вокруг врытого элемента и спешно разбегаются — слегка пригнувшись, как в кинозале после начала фильма.

Картина 2

На авансцену выходит старший по дому, он же руководитель инициативной группы Евгений Балыгин, который рассказывает журналисту о том, как с самого 2007 года они маются вокруг долгостроя, пытаясь хоть как-то реанимировать процесс. Хотя в момент заключения договора о долевом участии им было обещано, что они получат свое жилье в 2008-м.

Потом грянул кризис — и дом «замерз» на полтора года. Упорный штурм высоких кабинетов ничего не дал — помог Фонд жилищного и социального строительства, выдав обезденежевшей фирме кредит в 30 млн, — именно столько потребовалось на завершение объекта.

Увы, этого не хватило: предприятию, которому заказаны лифты, оплачено всего 10 процентов стоимости монтажа, газ еще не подведен (видимо, по тем же причинам). То есть дом кое-как доделали, оставив массу не слишком бросавшихся в глаза инспектора ГАСН «мелочей» (типа лифтов, газопровода, худой кровли, и т.п.) и откровенного брака.

Такая близорукость усугубляется еще тем фактом, что с положительным заключением ГАСН муниципалитет не имеет права не разрешить сдать дом в эксплуатацию. Тайна веков — как этого можно не заметить, а также куда ушли деньги, предназначенные на завершение работ.

Загадка решается просто: при первом же взгляде на строящийся рядом объект —вторую очередь жилого комплекса (ее возводит тот же застройщик), которая разбила иллюзии дольщиков первой очереди. Видимо, строители надеются таким образом получить очередные деньги очередных дольщиков на то, чтобы расквитаться по долгам с предыдущими.

А долги тем временем множатся: оскорбленные собственники квартир, получившие вместо нормального жилья кое-как сляпанный недострой, подали в суд и выиграли дело. Однако денег пока не получают: видимо, тот самый коэффициент финансовой устойчивости, который показывает благонадежность и потенцию предприятия, у ООО «СтройИнвест-2010» крайне низок — платить по суду нечем.

Реплики жильцов, из которых проясняется картина, полны застарелой скорби.

Картина 3

К разгневанной толпе подходит высокий человек, похожий на главу строительного комитета мэрии Сергея Мельникова, и вся волна накопленного возмущения обрушивается на него.

Хотя, если уж на то пошло, муниципалитет не имеет мандата на вмешательство в дела рассорившихся партнеров, коими являются дольщики и частный застройщик. Но ведь надо что-то делать… Человек понимает, что людям надо выпустить пар, и ждет, когда можно будет обсудить все претензии по пунктам. Наконец Сергей Мельников (а это действительно он), не пытаясь перекричать многоголосие, негромко произносит:

— А теперь спокойно и по порядку.

«Прошу зачитать весь список»

— Где подрядчик?

— Утром был, но быстро уехал,  — отвечает лидер инициативной группы.

— Да уж, хотел бы я видеть его в тот момент, когда вы ему деньги отдавали… Где протекает крыша?

— Во втором подъезде, — грустно говорит главный инженер Теплов. — Мы ремонтировали, но вот опять… после дождя…

— Да что вы все о ерунде — о газе давайте! Мы ж с детьми тут живем!  — кричат домохозяйки.

— Как жить, когда на голову льет? Я по три ведра цемента в каждую дыру сыпала — мало! — чуть не плачет бабушка небольшого росточка (объем цемента, бабушка, девятый этаж и отсутствие лифта как-то логически не состыковываются, отчего становится еще грустнее).

— Почему город принял недостроенный дом? — кипятятся другие.

— Газ, газ подключите! — теребят Мельникова третьи. — А иначе зачем сюда приехали?

Еще раз объяснив, что город вмешивается в частные дела застройщика и его партнеров-дольщиков только потому, что мэрия не может равнодушно относиться к бедам своих горожан (хотя Гражданский кодекс настоятельно этого не рекомендует), и что глава города Александр Ярошук попросил его разобраться с проблемным домом, Сергей Мельников продолжает допрос. На этот раз вопрос инженеру Теплову:

— Тут жаловались, что на лифтах кнопок нет, я распорядился поставить, но мне объяснили, что кнопки  — дело десятое: лифты не смонтированы.

Тут вмешивается директор управляющей компании «Лучший дом» Ирина Топорова, которой, по несчастью, досталось это многострадальное хозяйство:

— Я звонила в Екатеринбург, где лифты заказывали, — так мне сказали, что надо заплатить 10 процентов стоимости монтажа, чтобы они все тут завершили. А плату застройщик задерживает.

— А инвалиды в доме есть? — спрашивает Мельников.

— Есть, инвалид-колясочник — в третьем подъезде.

— Лифты сделать, и в первую очередь — третий подъезд. А если у вас не хватает на это дело не только денег, но и совести — зайдите ко мне, дам из своих.

— Сделаем, — покорно кивает бичуемый инженер.

— Где подрядчик по газу?

Толпа встречает Виталия Якубенко пригвождающими взглядами и ропотом:

— Клялись к августу сделать, потом к 15 сентября, потом к 30-му… До китайской пасхи ждать?

«Ответственный за газ» простуженным голосом пытается объяснить, что наружный газопровод сделан, но, чтобы подвести газ в квартиры, нужно все проверить, а уже не одну неделю его коллеги пытались попасть в квартиры и не могли — закрыто. Хотя в выходные дни развешивали объявления. Его поддерживает инженер Теплов:

— Мы тут обошли два подъезда и обнаружили, что люди во время ремонта заделали стояки, сняли вентиляционные решетки и закрыли отверстия… в общем, мы объяснили им все и попросили косяки устранить. Иначе дело еще затянется. Да и действительно, дайте газовщикам шанс попасть к вам домой, чтобы могли по своей части все проверить… без этого ж нельзя.

— Конкретнее: какой срок намечаем по газу? — спрашивает Мельников.

— Три недели, начиная с этого понедельника… Нужно привезти инспектора Ростехнадзора… на госкомиссию… подключать поподъездно…

— Опять обманут, — комментирует толпа. — И приходили, и писали, и звонили — директор не реагирует! Мэрия, перекройте кислород застройщику! А то мы уже и судебные иски выигрывали, чтоб компенсировал — а он как… все равно не платит. И куда только вы смотрите.

— Что еще?

— Не закрыты каналы пожарной вентиляции на крыше, швы не герметизированы — вода затекает, — перечисляет лидер жильцов, — пожарной сигнализации нет...

— Поднимитесь на крышу — она есть, — вскидывается главный инженер.

— Я утром уже поднимался — нету.

— Но ведь подсоединена…только не включена.

Лидер, не дослушав, продолжает зачитывать весь список:

— Не работает уличное освещение.

— Мы в «Балтэнергострой» в понедельник заплатим, и они сделают,  — успевает вставить инженер Теплов.
— … не завершен монтаж газовых коммуникаций, счетчиков нет («Купили, но не поставили, — торопится объяснить газовый подрядчик, — их целый месяц на заводе изготавливали»)… нет мусорных баков…

— Я ставлю контейнер для строительного мусора! — вставляет домоуправляющая.

— Который еженощно поджигают  — я каждый день МЧС вызываю, — перебивает ее мрачная жилица, — вчера они уж и не приезжали.

Осведомившись, не нужно ли еще выставить дежурного на ночь возле помойки, Торопова оскорбленно замолкает.
—  … нет тамбурных дверей на площадках, отсутствуют двери в холлах в третьем подъезде, — лидер инициативной группы продолжает зачитывать список, — нет таблички с номерами и названием улицы… переулка, в подъездах не уложена напольная плитка, в квартирах верхних этажей сыреющие стены, нет вентиляционных решеток на кухнях, нет почтовых ящиков, нет асфальтового покрытия на подъездной дороге, на которую причиталось 2 млн, нет…

«Под контроль!»

Сергей Мельников обращается к главному инженеру:

— Найдите сегодня подрядчика и посмотрите протечки на крыше. Каждые три дня — начиная с этой пятницы — отчет. Беру дом на контроль. Про лифт в третьем подъезде в первую очередь, — и, взяв газового подрядчика и инженера Теплова, отправляется по самым бедственным квартирам.

Толпа между тем не расходится  — люди еще переживают несправедливость четырехгодичной выдержки, недобрым словом поминая директора «СтройИнвеста 2010» Шашлова, учредителя Дронова, генподрядчика Евсеева и иже с ними. Говорят, что слова нематериальны, но бывают исключения — если скапливается критическая масса. Кажется, скопилась. А ГАСН так вообще к госвласти относится, а значит, можно и в суд подать, потребовав от правительства компенсации за ущерб от «государственной деятельности».