Неверный диагноз ценою в жизнь

В минувшие выходные в Чкаловске умер Артем Козлов — ему было 2 года и 4 месяца.
В пятницу, 20 марта, мальчик почувствовал себя нехорошо, но родители все же отвели его в детский сад. В субботу ребенок забросил игрушки — ему явно нездоровилось. Температура поднялась до 39 градусов, но жар сбили. В 20.50 пришлось вызывать скорую — на теле Артема появилась сыпь.

Врачи приехали через 10 минут. Как сказано в медицинских документах, в это время температура у ребенка была нормальной — 36,5. Проверили ригидность шейных мышц — никаких тревожных признаков. Посмотрев на сыпь, врач поставил диагноз: ветрянка. Пробыв 28 минут у постели больного и сделав внутримышечный укол, доктор уехал. «Врач не усмотрел оснований для госпитализации», — через два дня скажет главный педиатр Калининграда Ирина Черкес.

Через несколько часов, в 1.05 воскресенья, 22 марта, в скорую вновь поступил вызов: у ребенка остановилось дыхание. Через 7 минут доктор оказался у койки малыша.
«Приехали быстро. Но ничего сделать не смогли. Пытались, но было уже бесполезно. Врачи этой второй бригады сказали: какая ветрянка — с такими пятнами? Это менингококковая инфекция. Почему вас не забрали в больницу?» — сказала одному из телеканалов мама Артема Надежда Козлова.

Врачи пытались спасти малыша, но в 1.30 доктор второй бригады констатировал смерть.
Тело Артема было отправлено на патолого-анатомическое исследование. Следственный комитет Калининградской области начал доследственную проверку: есть ли вина врача в том, что ребенок скончался. Однако пока с доктора так и не удалось снять показания — он лежит в больнице с диагнозом «гипертонический криз». Руководитель отдела здравоохранения администрации Калининграда Олег Тугушев собрал экстренный брифинг, чтобы объяснить журналистам, что же произошло. Однако, кроме того, что идет проверка, он так ничего и не сказал.

Рассказывать, что случилось, пришлось главному педиатру Калининграда Ирине Черкес. Как показало вскрытие, причина смерти — менингококковая инфекция, менингококковый сепсис и инфекционно-токсический шок.

— Инфекция действует мгновенно,  — сказала Ирина Черкес. — В начальной стадии сыпь очень похожа на ту, которая бывает при ветрянке. Да, потом они отличаются, но доктор застал самое начало болезни.

В разговоре с корреспондентами врач тщательно избегала каких-либо обвинений — даже намеков на него. Но и своего коллегу в белом халате оправдать почти не пыталась.

— Все станет известно через 10 дней, когда закончится служебное расследование,  — отметила Ирина Черкес. — Виновен или не виновен врач, определит только суд.
Министр здравоохранения Елена Клюйкова объявила: итоги подведет служебная проверка, а те, кто не согласен, могут обращаться в суд. Однако в следственном управлении корреспондента «ТР» заверили: ее результаты на расследование не
повлияют. Именно правоохранительные органы примут решение, виновен врач или нет. От мнения чиновников из министерства это не зависит. Хотя материалы проверки, конечно, будут приложены к делу.

Однако пока, судя по всему, врачи все-таки уверены в правоте своего коллеги, не забравшего умирающего ребенка в больницу.

— Я как врач-инфекционист могу компетентно заявить, что эти болезни можно было перепутать. Менингококковая инфекция развивается молниеносно, — сказала Елена Клюйкова.

Ирина Черкес с ней согласна:

— По медицинским документам основания для госпитализации не было: нормальная температура, никакой ригидности мышц, что обычно встречается при этой инфекции.
Напоследок главный калининградский педиатр отметила, что менингококковая инфекция может вылиться в обычный насморк, менингит или привести к инфекционно-токсическому шоку, что становится причиной кровоизлияний в различные органы тела. К сожалению, Артем Козлов стал жертвой третьего случая. Мог ли врач его спасти? Это станет известно уже через неделю.